Фонд Русское либеральное наследие

Из переписки С.Л.Франка и Г.П.Федотова
30.03.2006

Из переписки С.Л.Франка и Г.П.Федотова В номере 3 журнала "Вопросы философии" за 2006 г. (с.132-143) опубликована статья-комментарий проф.В.К.Кантора к переписке двух выдающихся русских мыслителей христианско-либерального направления С.Л.Франка и Г.П.Федотова.

Философия национальной самокритики* (письмо С.Л. Франка Г.П. Федотову)

В.К. Кантор


Печатаемое здесь письмо было впервые опубликовано в 1952 г. в № 28 «Нового журнала» (с. 288-289) с предуведомлением от редакции, что «это пись-мо С.Л. Франка из архива Г.П. Федотова передано нам для печати Е.П. Федото-вой». К сожалению, публикация содержала серьезные (смысловые!) выпуски текста, небольшие синтаксические и орфографические ошибки, в ней не были указаны дата и место написания письма, а также полностью отсутствовал какой-либо научный аппарат.

Уже одно это делает нашу публикацию необходимой, не говоря уж о том, что 28 номер «Нового журнала» давно стал библиографической редкостью и труднодоступен современным историкам русской мысли. Между тем данное письмо Франка Федотову очерчивает проблему, яв-ляющуюся, быть может, центральной для социально-культурного бытования и развития отечественной философской мысли. Речь идет о способности русской философии как смыслового центра русской духовности к самокритике, точнее сказать, к критическому анализу собственной культуры. Насколько сильно такая критика выразилась в русской классической литературе (от Гоголя до Достоевского и Бунина), настолько проблематичной она оказалась для русской философии. Публикация первого «Философического письма» Чаадаева вызвала взрыв ярости не только со стороны власти и церкви, но и со стороны общества, еще кое-как переносившего инвективы художественной литературы, но убоявшегося прямого философского анализа состояния общественного и исторического страны. Слово философа воспринималось как окончательный приговор, обжалованию не подлежащий. Именно поэтому философия вызывала подозрение и смущение современников и соплеменников довольно часто, и не только в России. Вольтер как-то заметил: «С момента появления философии она подвергалась преследованиям. Собаки, которым вы предлагаете пищу, их не устраивающую, тотчас же вас кусают» . Вспомним бесконечные изгнания и эмиграции философов из их родных стран. Про писателя можно было сказать, что увидел он просто не то, не тех людей, не тот уголок России («где все бедность и бед-ность» – Гоголь), удивляться, где «сочинители отыскивают такие персонажи», но само словечко «сочинитель» позволяло относиться немного снисходительно к художественным текстам, журить сочинителей. На текст же Чаадаева патрио-тически-настроенные студенты хотели ответить с оружием в руках. Тогдашний попечитель университета граф Строганов еле уговорил их не позорить себя.

Читать полностью в формате pdf

Вернуться в раздел